Охота на силу

Сила — очень интересная штука.

Я люблю толтеков, за то, что они несут именно эти знания в жизнь. Циничные, полные юмора, прагматизма. Это Кастанеда и иже с ним (иже с ним играет большую роль, есть еще много мощных авторов).

1й момент
С одной стороны все вроде ее хотят, но никто не рад, когда приходит ситуация, где появляется реальная возможность увеличить силу. Все сразу спрашивают «за что мне это?»

2й момент
С одной стороны, иногда мы внезапно резко предъявляем права на большую силу, и если повезет, получаем ее. Внезапно. На большую. Это очень жесткие ситуации. Они нам не нравятся, и чаще всего мы НЕ осознаем, что именно это — возможность предъявить права на бОльшую силу в нашей жизни.

С другой — медленно, постепенно накапливаем ее, и когда пройден определенный порог накопления, она дает нам возможность увидеть более серьезные и крупные, емкие ситуации.

3й момент
Сила командует тобой и в то же время тебе подчиняется.

В любой момент тебя может выкинуть куда угодно. Внезапно раз и сломался компьютер, кто-то умирает, ты попадаешь в аварию. Посреди неожиданной ситуации в твоем вроде бы стабильном мире.

И при этом чем больше у тебя силы, тем больше ты задаешь тон своей жизни и «правишь бал».

Когда у тебя много силы — ты формируешь то, что произойдет дальше. Но ты не должен зарываться. Все должно быть легко и без перекосов. Ты должен быть готов ко всему. Умереть сегодня или жить еще 100 лет и быть счастлив.

4й момент
Никогда не сравнивай свою ситуацию с чьей-либо еще.

Ты не взойдешь на чужой мост и твой мост был построен силой, Духом (если повезет) только для тебя.

Не сравнивай. Тебе открывается то, к чему ТЫ готов (потенциально, гипотетически, ты можешь думать, что не готов). Вообще не сравнивай с ситуациями твоих соседей, родственников, друзей. У них — многомиллионофакторная другая ситуация ) В христианстве «Бог не дает тебе испытаний, которые ты не готов вынести». Ты. Именно тебе уготовано это.

5й момент

Воины считают везением сложные ситуации, наличие мелких тиранов и прочих препятствий в их жизни воины почитают за счастье. В то время, как обычный человек считает это невзением.

Любые сложные люди и ситуации — мощный, близкий путь к наращиванию силы. Это офигенно круто иметь в своей жизни телепорт в более сильную жизнь. То, что многие другие считают за несчастье.

 

«No pain — no gain» — «нет боли — нет достижений»

 
Силу можно накапливать просто отрезая всякие энергоемкие штуки типа ЧСВ (чувства собственной важности). Виталий Чугреев хорошо пишет про ЧСВ в подробностях, я считаю, это надо знать каждому человеку в этому мире.

Из Чугреева:

Наиболее типичные проявления чувства собственной важности

1) «Синдром гуру»
2) Споры
3) Оправдания
4) «Обратите на меня внимание»
5) Стеснительность
6) Раздражение
7) Мстительность
8) Ложная скромность
9) Заискивание
10) Поиск «недостатков» и «ошибок» других людей
11) Реакция на «плохой/хороший»
12) Героизм
13) Сомнение
14) Сожаление
15) Самолюбование
16) «Кто всех круче?»

 
В общем, самое главное в жизни воина по Кастанеде и толтекам — охота на силу.

Все ситуации в нашей жизни — угодья охотников на силу. Именно этим мне и нравятся толтеки. Их угодья — не молитвы Богу. А текущие мельчайшие жизненные ситуации.

 

«Жизнь не может пнуть воина, она ломает ноги о его несгибаемое намерение»

Мудрость сталкеров

 
Слушай себя. Слушай, постоянно сканируй, чувствуй.

Слушай, насколько важно тебе это событие. Откликается тебе сделать так или иначе. Пробуй действовать, учись постепенно доверять внутреннему чувству. Слушай себя.

 
Вот мои одни из самых любимых отрывков про силу:

 
«Дуракам везет. Воин многое бы отдал за такую битву. 

сила командует тобой и в то же время тебе подчиняется.

Этой ночью, например, она заставила бы тебя взойти на мост. Но потом, подчиняясь тебе, она поддерживала тебя на твоем пути по мосту. Я остановил тебя, так как знаю, что ты не умеешь использовать силу, а без ее помощи мост бы разрушился. 

Мои битвы силы совсем не были похожи на твои. 

Твоя же битва силы была, наоборот, очень тонкой и почти тебя не затронула. Но зато теперь ты пожираешь себя своими собственными вздорными мыслями и сомнениями. Это — твой способ потакать себе. Туман повел себя с тобой безупречно. Чем-то ты ему близок. Он подарил тебе дивный мост, и мост этот теперь всегда будет ждать тебя там, в тумане.

И будет являться тебе снова и снова, пока не настанет день, когда ты по нему пройдешь.

Поэтому я настоятельно тебе советую с сегодняшнего дня не ходить в одиночку в места, где бывают туманы. До тех пор, пока ты не будешь готов сделать это сознательно.

Сила — штука очень странная, волшебная. Чтобы в полной мере ею обладать и повелевать, нужно сперва обзавестись некоторым количеством силы, достаточным для начала.

Можно однако, сделать и по-другому: понемногу накапливать силу, никак ее не используя до тех пор, пока не наберется достаточно, чтобы выстоять в битве силы.»

 
«- Что такое битва силы? 

— Происходившее с тобой этой ночью было ее началом. Картины, которые разворачивались перед твоими глазами, были вместилищем силы. Когда-нибудь ты разберешься в их смысле, ведь они имеют огромное значение. 

— А ты не мог бы рассказать, что они означают, дон Хуан? 

— Нет. Эти картины — твое личное завоевание. Его нельзя ни с кем разделить. Но то, что произошло этой ночью, — лишь начало, только первая стычка.

Настоящая битва ждет тебя за мостом. Что там? Об этом узнаешь только ты. И только ты узнаешь, куда ведет та тропа в лесу.

Но все это может произойти, а может и не произойти. Чтобы пускаться в путешествие по этим неведомым тропам и мостам, нужно иметь достаточное количество своей собственной силы. 

— А если силы у человека недостаточно, что тогда? 

— Смерть ждет, она ждет всегда, и едва сила воина подходит к концу, смерть просто дотрагивается до него. Так что просто глупо пускаться в путь к неизвестному, не имея силы. Он приведет только к смерти. 

Я почти не слушал его. Я со всех сторон обсасывал идею относительно галлюциногенных свойств мяса силы. Мне нравилось это занятие, оно успокаивало и умиротворяло, несмотря на то, что было явным потаканием себе. 

— Не утруждай себя, ты все равно ничего не вычислишь, — произнес дон Хуан, словно прочитав мои мысли. — Мир — это тайна. И то, что ты видишь перед собой в данный момент, — еще далеко не все, что здесь есть. В мире есть еще столько всего… Он воистину бесконечен в каждой своей точке. Поэтому попытки что-то для себя прояснить — это на самом деле всего лишь попытки сделать какой-то аспект мира чем-то знакомым, привычным. Мы с тобой находимся здесь, в мире, который ты называешь реальным, только потому, что оба мы его знаем. Ты не знаешь мира силы, и поэтому не способен превратить его в знакомую картину. 

— Ты знаешь, что я не могу с тобой спорить, — сказал я. — Но в то же время принять все это мой разум не в состоянии. 

Он засмеялся и легонько дотронулся до моей головы. 

— Ты — псих. Честное слово, — улыбнулся он. — Но это — нормально. Я знаю: жить, как подобает воину, необычайно трудно. Если бы ты выполнял все мои инструкции и действовал в точности так, как я тебя все время учил, ты к сегодняшнему дню обладал бы силой, достаточной, чтобы пройти по мосту. Достаточной для того, чтобы видеть и остановить мир. 

— Но с какой стати, дон Хуан, я должен хотеть обладать силой? 

— Вряд ли можно сейчас размышлять о причинах. Но если бы ты накопил достаточное количество силы, она сама подсказала бы тебе ответ на этот вопрос. Бред сумасшедшего, верно? 

— Хорошо, а тебе самому сила зачем? 

— Я в этом похож на тебя. Я тоже не хотел обладать силой. И не видел причин для того, чтобы ее накапливать. И никогда не выполнял инструкций, которые мне давались, или, по крайней мере, никогда не думал, что их выполняю. И однако, несмотря на свою глупость, я накопил достаточное количество силы, и в один прекрасный день моя личная сила заставила мир рухнуть. 

— Но почему кто-то должен хотеть остановить мир? 

— Так ведь никто и не хочет, в том-то и дело. Это просто происходит. А когда ты узнаешь, что это такое — остановка мира, ты осознаешь, что на то есть свои веские причины. Видишь ли, одним из аспектов искусства воина является умение сначала по некоторой особой причине разрушить мир, а затем — снова восстановить его для того, чтобы продолжать жить. 

Я сказал, что, наверное, было бы убедительнее всего, если бы он на примере разъяснил мне эти особые причины для разрушения мира. 

Он какое-то время молчал, как бы обдумывая, что мне ответить. 

— Ничего не могу тебе по этому поводу сказать, — проговорил он наконец. — Для того, чтобы это знать, нужна сила, много силы.

Может быть, когда-нибудь ты, несмотря на собственное сопротивление, начнешь жить, как подобает воину. Это произойдет, вероятнее всего, тогда, когда ты накопишь достаточно силы и сможешь ответить на свой вопрос самостоятельно.

Я научил тебя практически всему, что необходимо воину для того, чтобы начать должным образом действовать в мире, самостоятельно накапливая силу.

Но мне, в то же время, известно, что ты еще не можешь этого сделать и что я должен проявить терпение. Чтобы попасть в мир силы, необходимо пройти путь длиною в жизнь. Это — непреложный факт, и мне он известен.»

 
«С силой всегда так. Она командует тобой и в то же время тебе подчиняется. Охотник за силой ловит ее, а затем накапливает как свою личную находку. Его личная сила таким образом растет, и может наступить момент, когда воин, накопив огромную личную силу, станет человеком знания.»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *